May. 4th, 2017

БМ-15

May. 4th, 2017 06:41 am
vattukvinnan: (Default)
 «Проклятые гангстеры», сказал бы Кент, если бы сидел с Бритт-Мари этим вечером в тюрьме, в комнате ожидания. «Высадить всю компанию на необитаемом острове, дать каждому по пистолету – и проблема будет решена путем самосанации», - говорил он обычно о преступниках. Бритт-Мари не нравилось, когда он так говорил, она считала, что санировать надо ванную и кухонные поверхности, но она никогда ничего не говорила. Сейчас, когда она думает об этом, ей трудно припомнить, говорила ли она в последнее время вообще что-нибудь до того дня, как оставила Кента, не сказав ни слова. Поэтому она чувствовала себя виноватой всегда и во всем.

Бритт-Мари думает: что он сейчас делает? Хорошо ли он себя чувствует, есть ли у него чистые рубашки? Принимает ли лекарства? Может, ищет что-нибудь в кухонных ящиках и зовет ее – а потом вспоминает, что ее больше нет в той квартире. Она думает, не с ней ли он – с той, которая молодая, красивая и любит пиццу. Бритт-Мари думает, что он сказал бы, если бы узнал, что она сидит в комнате ожидания в тюрьме, полной гангстеров. Встревожился бы он? Стал бы он шутить на ее счет? Стал бы он касаться ее, шептать «все будет хорошо», как шептал в те дни, когда она только-только похоронила маму?

Они тогда были совсем другими. Бритт-Мари не знает, кто изменился первым – она или Кент. И насколько она виновата в этом. Она чувствует, что готова сказать «все это только моя вина», лишь бы ей вернули ее обычную жизнь.
***

«Другая женщина» - так это называется, но Бритт-Мари всегда трудно было рассматривать другую женщину Кента как таковую. Может быть потому, что она сама знала, что значит быть той самой женщиной. Конечно, к моменту возвращения домой Кент уже развелся, в тот день целую жизнь назад, когда Бритт-Мари похоронила мать, но его детям никогда так не казалось. Детям никогда так не кажется. Для Давида и Перниллы Бритт-Мари всегда была другой женщиной, независимо от того, сколько сказок она прочитала и сколько обедов приготовила, а в каком-то смысле она осталась другой женщиной и для Кента. Может быть, поэтому она никогда не рассматривала другую женщину как другую женщину, независимо от того, сколько рубашек она выстирала, - сама она никогда не чувствовала себя по-настоящему первой женщиной.

Она сидит на балконе и смотрит, как утро вползает в Борг, как всегда в январе – с дневным светом, но солнце, кажется, не встанет. В руках Бритт-Мари все еще держит рисунок Свена. Свен определенно не особенно хороший рисовальщик, и будь она настроена более критически, она бы, может быть, разволновалась по поводу размытых контуров и неверных силуэтов: неужели он так видит ее? Но он видит ее в любом случае. Тут уж ничего не поделать.

Бритт-Мари берет телефон и звонит девочке из Службы по трудоустройству. Ей отвечает радостный голос девочки, и Бритт-Мари понимает, что это, видимо, автоответчик. Сначала она хочет положить трубку, потому что не считает уместным оставлять сообщение на автоответчике, если звонишь не из больницы или не продаешь наркотики на улице. Но по той или иной причине она этого не делает; после сигнала она сидит в молчании, а потом декларирует:

- Это Бритт-Мари. Вчера один мальчик из футбольной команды попал туда, куда целился. Мне показалось, что вам, возможно, было бы интересно узнать об этом.

Чувствуя себя дурой, Бритт-Мари кладет трубку. Разумеется. девочку это не интересует. Кент посмеялся бы над ней, будь он здесь.

Profile

vattukvinnan: (Default)
vattukvinnan

May 2017

S M T W T F S
 1 2 3 4 56
7 8 910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 11:00 am
Powered by Dreamwidth Studios